Он сам, своею охотой,Терзаемый жаждой и голодом,Бредет пустыни дорогами;И шепчет слова прощенияПустынникам и отшельникам,Внимательно слушать готовым.И выпи он крики ловитС разрушенных стен дворцовых,Она отвечает дружески,А он в разговор вовлекаетЕще пеликаниху,Отшельницу набожную.На проповедь василискиК нему стекаются быстроВ панцирях живописныхИ страшных, словно их жала,С дракона глазами-искрами;На кожаных крыльях летучие мышиИ старые вещи, слепые и выброшенные,Ничтожные, приползают.За ним они следуют всюду,Один из бродяг, простодушный,Все ребра как будто снаружиСквозь рваную шкуру,И шаг еле слышен, глотка огнедышит,Невинности сотворение — козел отпущения:Все сорок дней и ночейШагал за богом как тень.И верная гвардия вслед за ним.А слезы — это возлюбленной гимн.
ГОРНАЯ СТРАНА
(Перевод Ю. Комова)
Страна моего выбора — это дикая местностьС крутою и мрачной горою, землею опустошенно-обширной.Редко получишь в этих владеньях голоса весть ты,Разве услышишь журчанье воды, пробегающей мимоПо скалам, по вереску, всюду растущему дико.И птицы-певуньи молчат, и мышь не бежит по степиИз страха пред хищником, рисующим в небе круги.Он в выси парит, навис, тени от скал на крыльях,
