Ах! - и я в постели. Только Сердце бьется невпопад. В полутьме с ночного столика Смутно смотрит циферблат.

Только ощущеньем кручи Ты еще трепещешь вся Легкая моя, падучая, Милая душа моя!

1920

К ПСИХЕЕ

Душа! Любовь моя! Ты дышишь Такою чистой высотой, Ты крылья тонкие колышешь В такой лазури, что порой,

Вдруг, не стерпя счастливой муки, Лелея наш святой союз, Я сам себе целую руки, Сам на себя не нагляжусь.

И как мне не любить себя, Сосуд непрочный, некрасивый, Но драгоценный и счастливый Тем, что вмещает он - тебя?

1920

ДУША

Душа моя - как полная луна: Холодная и ясная она.

На высоте горит себе, горит И слез моих она не осушит:

И от беды моей не больно ей, И ей невнятен стон моих страстей;

А сколько здесь мне довелось страдать Душе сияющей не стоит знать.

1921

x x x

Психея! Бедная моя! Дыханье робко затая, Внимать не смеет и не хочет: Заслушаться так жутко ей Тем, что безмолвие пророчит В часы мучительных ночей:

Увы! за что, когда все спит Ей вдохновение твердит Свои пифийские глаголы? Простой душе невыносим Дар тайнослышанья тяжелый. Психея падает под ним.

1921

ИСКУШЕНИЕ

"Довольно! Красоты не надо. Не стоит песен подлый мир. Померкни, Тассова лампада, Забудься, друг веков, Омир!

И Революции не надо! Ее рассеянная рать Одной венчается наградой, Одной свободой - торговать.

Вотще на площади пророчит Гармонии голодный сын: Благих вестей его не хочет Благополучный гражданин.

Самодовольный и счастливый, Под грудой выцветших знамен, Коросту хамства и наживы Себе начесывает он:

- Прочь, не мешай мне, я торгую. Но не буржуй, но не кулак, Я прячу выручку дневную Свободы в огненный колпак.

Душа! Тебе до боли тесно Здесь, в опозоренной груди Ищи отрады поднебесной, А вниз, на землю, не гляди".

Так искушает сердце злое Психеи чистые мечты.