головы кочан и чувств

никаких

не изведав, берут,

не моргнув,

1000

паспорта датчан и разных

прочих

шведов. И вдруг,

как будто

ожогом,

рот скривило

господину. Это

господин чиновник

берет мою

краснокожую паспортину. Берет

как бомбу,

берет

как ежа, как бритву

обоюдоострую, берет,

как гремучую

в 20 жал змею

двухметроворостую. Моргнул

многозначаще

глаз носильщика, хоть вещи

снесет задаром вам. Жандарм

вопросительно

смотрит на сыщика, сыщик

на жандарма. С каким наслажденьем

жандармской кастой я был бы

исхлестан и распят за то,

что в руках у меня

молоткастый, серпастый

советский паспорт. Я волком бы

выгрыз

бюрократизм. К мандатам

почтения нету. К любым

чертям с матерями

катись любая бумажка.

Но эту... Я достаю

из широких штанин дубликатом

бесценного груза. Читайте,

завидуйте,

я

гражданин Советского Союза. 1929 В.В.Маяковский. Стихотворения, поэмы, пьесы. Минск, Изд-во БГУ им. В.И.Ленина, 1977.

ТУЧКИНЫ ШТУЧКИ Плыли по небу тучки. Тучек - четыре штучки:

от первой до третьей - люди; четвертая была верблюдик.

К ним, любопытством объятая, по дороге пристала пятая,

от нее в небосинем лоне разбежались за слоником слоник.

И, не знаю, спугнула шестая ли, тучки взяли все - и растаяли.

И следом за ними, гонясь и сжирав, солнце погналось - желтый жираф. Мысль, вооруженная рифмами. изд.2е. Поэтическая антология по истории русского стиха. Составитель В.Е.Холшевников. Ленинград, Изд-во Ленинградского университета, 1967.

А ВЫ МОГЛИ БЫ? Я сразу смазал карту будня, плеснувши краску из стакана; я показал на блюде студня косые скулы океана.