Справа от дороги, на небольшом холме, Дима заметил кучу досок и свисающие с них цветные лохмотья. Наверное, именно эта картина заставила его вспомнить походы Ряхина на свалку. Любопытно, что на прошлой неделе никаких досок на холме не было. Этой дорогой мальчик ходил много раз, знал каждый холмик, каждый куст и каждое дерево вокруг. И уж доски с разноцветными тряпками он бы приметил. Может быть, они появились здесь после того, как по небу летели шары? Обломки упавшей с неба космической станции? Но разве на космических аппаратах бывает дерево? Там только металл, да и он должен был сгореть…

Не то, чтобы сломанные доски были Диме сильно нужны. Но кто пройдет мимо, когда рядом появилось что-то новое и необычное, причем неизвестно, откуда оно здесь взялось?

Мальчик взбежал на холм. Доски беспорядочно валялись на земле. Некоторые из них были красноватого оттенка, полированные, очень красивые. Узор древесных колец словно проступал изнутри. Ряхин бы непременно притащил такие доски в школу. Даже Диме захотелось прихватить досочку к себе домой. Он вытащил из кучи дерева отполированный брусок с замысловатым рисунком. Круги и волнистые линии на нем наплывали друг на друга, образовывали причудливые фигуры. Следов грузовика, выгрузивших мусор, на траве видно не было.

Дима еще раз внимательно осмотрел груду обломков, нагнулся и достал из-под обгоревшей доски тяжелый металлический шар желтоватого оттенка размером с кулак. Пожалуй, шар был бронзовым. Но Галкин не собирался сдавать находку на переплавку, а решил оставить ее себе. Он сунул шар в сумку, повесил сумку на доску, положил доску на плечо и, срезая изгиб дороги, пошел через степь.

В сухой траве ползли последние осенние жуки-навозники, уже полусонные. К джинсам приставали мелкие колючки, и Дима пожалел, что сошел с дороги. Перепрыгивая через очередную ветку бурьяна, мальчик едва не наступил на маленькую прогалинку перед норой размером чуть больше бутылочного горлышка. Перед норой сидел какой-то зверек.