Сердцу хочется белых башен На черном фоне ночных дерев... В выси воздушных, прозрачных башен Я буду снова безмерно нов!

Светлые башни! Хочу вас видеть В мерцанье прозрачно-белых стен. В небо ушедшие башни видеть, Где сердцу - воля и сладкий плен!

Белые башни! Вы - знаю - близко, Но мне незримы, и я - один... ...Губы припали так близко, близко, К росистым травам сырых ложбин...

3 мая 1905, Лидино

* * *

В заботах каждого дня Живу, - а душа под спудом Каким-то пламенным чудом Живет помимо меня.

И часто, спеша к трамваю Иль над книгой лицо склоня, Вдруг слышу ропот огня И глаза закрываю.

В СУМЕРКАХ

Сумерки снежные. Дали туманные. Крыши гребнями бегут. Краски закатные, розово-странные, Над куполами плывут.

Тихо, так тихо, и грустно, и сладостно. Смотрят из окон огни... Звон колокольный вливается благостно... Плачу, что люди одни...

Вечно один с надоевшими муками, Так же, как я, как и тот, Кто утешается грустными звуками, Там, за стеною, - поет.

5 ноября 1904

* * *

В тихом сердце - едкий пепел, В темной чаше - тихий сон. Кто из темной чаши не пил, Если в сердце - едкий пепел, Если в чаше - тихий сон?

Всё ж вина, что в темной чаше, Сладким зельем не зови. Жаждет смерти сердце наше, Но, склонясь над общей чашей, Уст улыбкой не криви!

Пей, да помни: в сердце - пепел, В чаше - долгий, долгий сон! Кто из темной чаши не пил, Если в сердце - тайный пепел, Если в чаше - тихий сон?

* * *

Вдруг из-за туч озолотило И столик, и холодный чай. Помедли, зимнее светило, За черный лес не упадай!

Дай посиять в румяном блеске, Прилежным поскрипеть пером. Живет в его проворном треске Весь вздох о бытии моем.

Трепещущим, колючим током С раздвоенного острия Бежит - и на листе широком Отображаюсь... нет, не я:

Лишь угловатая кривая, Минутный профиль тех высот, Где, восходя и ниспадая, Мой дух страдает и живет.

* * *

Вокруг меня кольцо сжимается, Неслышно подползает сон...