1921

* * *

Со слабых век сгоняя смутный сон, Живу весь день, тревожим и волнуем, И каждый вечер падаю, сражен Усталости последним поцелуем.

Но и во сне душе покоя нет: Ей снится явь, тревожная, земная, И собственный сквозь сон я слышу бред, Дневную жизнь с трудом припоминая.

1914

* * *

Странник прошел, опираясь на посох, Мне почему-то припомнилась ты. Едет пролетка на красных колесах Мне почему-то припомнилась ты. Вечером лампу зажгут в коридоре, Мне непременно припомнишься ты. Чтоб ни случилось, на суше, на море, Или на небе, - мне вспомнишься ты.

1922

* * *

Так бывает почему-то: Ночью, чуть забрезжат сны Сердце словно вдруг откуда-то Упадает с вышины.

Ах! - и я в постели. Только Сердце бьется невпопад. В полутьме ночного столика Смутно смотрит циферблат.

Только ощущеньем кручи Ты ещё трепещешь вся Легкая моя, падучая, Милая душа моя!

УЛИКА

Была туманной и безвестной, Мерцала в лунной вышине, Но воплощенной и телесной Теперь являться стала мне.

И вот - среди беседы чинной, Я вдруг с растерянным лицом Снимаю волос, тонкий, длинный, Забытый на плече моем.

Тут гость из-за стакана чаю Хитро косится на меня. А я смотрю и понимаю, Тихонько ложечкой звеня:

Блажен, кто завлечен мечтою В безвыходный, дремучий сон, И там внезапно сам собою В нездешнем счастьи уличен.

1922

УТРО

Нет, больше не могу смотреть я Туда, в окно! О, это горькое предсмертье, К чему оно?

Во всем одно звучит "Разлуке Ты обречен!" Как нежно в нашем переулке Желтеет клен!

Ни голоса вокруг, ни стука, Все та же даль... А все-таки порою жутко, Порою жаль.

1916

ЭЛЕГИЯ

Взгляни, как наша ночь пуста и молчалива: Осенних звезд задумчивая сеть Зовет спокойно жить и мудро умереть, Легко сойти с последнего обрыва В долину кроткую.

Быть может, там ручей, Еще кипя, бежит от водопада, Поет свирель, вдали пестреет стадо, И внятно щелканье пастушеских бичей.