Но увы! лишь те блаженны, Сердцем чисты те, Кто беспечны и смиренны В детской простоте. Нас, глупцов, природа любит, И ласкает, и голубит, Мы без дум живем, Без борьбы, послушны року, Вниз по вечному потоку, Как цветы, плывем. 2 То не в поле головки сбивает дитя С одуванчиков белых, играя: То короны и митры сметает, шутя, Всемогущая Смерть, пролетая. Смерть приходит к шуту: "Собирайся, Дурак, Я возьму и тебя в мою ношу, И к венцам и тиарам твой пестрый колпак В мою общую сумку я брошу". Но, как векша, горбун ей на плечи вскочил, И колотит он Смерть погремушкой, По костлявому черепу бьет что есть сил И смеется над бедной старушкой. Стонет жалобно Смерть: "Ой, голубчик, постой!" Но герой наш уняться не хочет; Как солдат в барабан, бьет он в череп пустой, И кричит, и безумно хохочет: "Не хочу умирать, не боюсь я тебя! Жизнь, и солнце, и смех всей душою любя, Буду жить-поживать, припевая: Гром побед отзвучит, красота отцветет, Но дурак никогда и нигде не умрет, Но бессмертна лишь глупость людская!"

ЗИМНИЙ ВЕЧЕР

О, бледная луна Над бледными полями! Какая тишина Над зимними полями! О, тусклая луна С недобрыми очами… Кругом — покой велик. К земле тростник поник, Нагой, сухой и тощий… Луна проклятый лик Исполнен злобной мощи… К земле поник тростник, Большой, сухой и тощий…