А в ночи - всего лютей Шлюхи визг, чернотворящий Новорожденных - в чертей, Новобрачных - в прах смердящий.

Перевод В. Топорова (В кн.: Ушьям Блейк. Стихи. М., 1982.)

Лондон

По узким улицам влеком, Где Темза скованно струится, Я вижу нищету кругом, Я вижу горестные лица.

И в каждой нищенской мольбе, В слезах младенцев безгреховных, В проклятьях, посланных судьбе, Я слышу лязг оков духовных!

И трубочистов крик трясет Фундаменты церквей суровых, И кровь солдатская течет Вотще у гордых стен дворцовых.

И страшно мне, когда в ночи От вопля девочки в борделе Слеза невинная горчит И брачные смердят постели.

Перевод С.Степанова

(В кн.: Уильям Бмйк. Песни Невинности и Опыта. СПб, 1993.)

Лондон

По уличному чертежу Брожу, где Темза вьется к морю, И в лицах встречных нахожу Следы страдания и горя.

И в плаче взрослых и детей, И в каждом голосе сквозь шум Я слышу лязганье цепей, Тех, что выковал наш ум.

Трубочиста вопль взнесен Под церковный мрачный свод, И солдат несчастных стон Кровью с крыш дворцов течет.

А в полночь шлет чуму зараз Ругань проститутки жалкой В слезы чистых детских глаз И в свадебные катафалки.

Перевод Михаила Зенкевича (Начало 30-х годов.)

Лондон

Где Темзе течь разрешено, А улочкам - спиралью виться, Брожу и вижу лишь одно: Унылые, тупые лица.

Мужчина стонет ли без сил, Ребенок ли зашелся в плаче, Я чую: в воздухе застыл Запрет беззвучный жить иначе.

Мальчишки-трубочиста вой Не слышен в благостном соборе. Увечный фронтовой герой, К дворцам твое взывает горе.

И в час полночный здесь звучат Девчонки уличной проклятья, И новобрачные летят Как будто к дьяволу в объятья.

Перевод А .Кудрявицкого (1996)

* The Tyger *

Tyger! Tyger! burning bright In the forests of the night, What immortal hand or eye Could frame thy fearful symmetry?

In what distant deeps or skies Burnt the fire of thine eyes?