Я Твой посетил бы дворец

О всесильный Творец.

А третий сын стоя у хвоста лошади и пощипывая свои усы мыслями, засверкал

ногами:

Где ключ от моего ума?

Где солнца луч,

Подаренный тобой зима?

А переместясь к лицу лошади, которая была как волна, и поглаживая мыслями

волосы, засверкал ногами:

Бровей не видишь ты отец,

Кровей каких пустых потец.

Тогда отец вынул из карманов дуло одного оружия и показывая его детям,

воскликнул громко и радостно, сверкая очами:

Глядите: дуло,

И до чего ж его раздуло.

Первый сын:

Где? покажи.

Второй сын:

Везде. Как чижи.

Третий сын:

Последний страх

Намедни

После обедни

Рассыпался в прах.

И вдруг открылись двери рая,

И нянька вышла из сарая,

И был на ней надет чепец.

И это снова всем напомнило их вечный вопрос о том,

Что такое есть Потец.

Вмиг наступила страшная тишина. Словно конфеты лежали сыновья поперёк ночной

комнаты, вращая белыми седыми затылками и сверкая ногами. Суеверие нашло на всех.

На няньке был надет чепец,

Она висела как купец.

Нянька стала укладывать отца спать, превратившегося в детскую косточку. Она

пела ему песню:

Над твоею колыбелью

По губам плывёт слюна

И живет луна.

Над могилою над елью

Спи тоскуй,

Не просыпайся,

Лучше рассыпайся.

Эй кузнец куй! куй!

Мы в кузнице уснём.

Мы все узники.

И пока она пела, играла чудная, превосходная, всё и вся покоряющая музыка. И