— Разве я твоя служанка? — отзывается бабушка. — Кто хочет писать, ты или я? Ищи как следует!

— Все нужно самому делать, — ворчит Фридер, но ворчит очень тихо, чтобы бабушка не услышала.

Он ищет как следует и находит большой красивый лист бумаги. На нем еще ничего нет, только грязное пятнышко. Но это ничего. И карандаш он тоже разыскал. Синий.

Взяв карандаш с бумагой, Фридер снова несется на кухню и протягивает все бабушке. Она вытирает измазанные мукой пальцы о фартук, глубоко вздыхает, берет бумагу и карандаш и кладет бумагу на кухонный стол, рядом с миской теста. Потом она пишет очень крупно: «БА». Синим карандашом. Это выглядит красиво.

Фридер с интересом смотрит.

— Что это? — спрашивает он и показывает на буквы.

— Ба! — говорит бабушка. — Ты ведь меня так иногда называешь, верно? С длинным словом тебе еще не справиться, а две буквы будут в самый раз. Ну вот, а теперь ты это сам напиши. Но только в своей комнате. И пиши аккуратно, ты меня понял?

— Ну конечно, — кричит Фридер, хватает лист и карандаш и исчезает в детской.

Там он садится на пол, кладет лист перед собой и рассматривает буквы. Внимательно и долго. А потом начинает писать. С буквы «Б». Она похожа на крючочек с половинкой бублика внизу. Это совсем просто. Так думает Фридер. Он решает начать с половинки бублика. Приставляет карандаш к бумаге и рисует полукруг. Вот. Но получилось совсем не так, как у бабушки. Бабушкин полукруг круглый. У Фридера он угловатый. Надо попробовать еще раз. Кажется, получается уже лучше… Фридер сильно нажимает карандашом, и — чик! — на бумаге дыра.

«Ну ладно, — думает Фридер и сопит, — бублик — это трудно. Попробую крючок». Это должно быть легко. Он высовывает язык и принимается за дело. Палочка вверх, палочка вбок. Так. И что же? Это похоже не на бабушкино «Б», а гораздо больше на каракули. Бабушкино «Б» гладкое и прямое, а его — какое-то извилистое, да еще и с дыркой. Безобразие!