Порвалась ткань с игрой огня, Разбилось зеркало, звеня, "Беда! Проклятье ждёт меня!" — Воскликнула Шалот. 4 Бледнели жёлтые леса, В реке рыдали голоса, Закрыла буря небеса, Летя с востока в Камелот. Она сошла, как в забытьи, И начертала у струи На светлом выступе ладьи: — Волшебница Шалот. Шумя, туманилась волна, И, как провидец, в блеске сна, Взирала пристально она, Глядя на дальний Камелот. И день померкнул вдалеке, Она лежала в челноке, И волны мчали по реке Волшебницу Шалот. Мерцало платье белизной, Как хлопья снега под луной, Она плыла во тьме ночной, И уплывала в Камелот. И песню слышала волна, И песня та была грустна, В последний пела раз она, Волшебница Шалот. И смолк напев её скорбей, И вот уж кровь остыла в ней, И вот затмился взор очей, Глядя на сонный Камелот. И прежде чем ладья, светла, До дома первого дошла, Со звуком песни умерла Волшебница Шалот. В виду альтанов и садов, И древних башен и домов, Она, как тень, у берегов, Плыла безмолвно в Камелот. И вот кругом, вблизи, вдали, Толпами граждане пришли, И на ладье они прочли — "Волшебница Шалот". В дворце весёлый смех погас, "О, Господи, помилуй нас!" — Молились все, греха страшась, И только рыцарь Ланчелот, Подумав, молвил, не спеша: "Лицом, как ангел, хороша, Да упокоится душа Волшебницы Шалот!"