Прикинемся ты — деревом, я — псом, Пустая осень пусть себе идет, Бесплодно все, что бережем на слом.

Ованес Григорян. И Господь пожелал написать…

ТАК ЭТО БЫЛО

И Господь пожелал написать БЛАГОДЕНСТВИЕ на твоей земле — из конца в конец, но, увы, это слишком длинное слово не влезло в границы твоей земли… И Господь пожелал написать УМИРОТВОРЕННОСТЬ, но, увы, это слово тоже оказалось длинным и даже его половинка не влезла в границы твоей земли… Что оставалось Господу? Оставалось короткое слово БОЛЬ, оставалось короткое слово СКОРБЬ, оставалось короткое слово ПЛАЧ, потому что только они и могли уместиться на этом клочке земли…

ЗАВЕЩАНИЕ

Увы, я дожил до таких времен, когда на нашей одряхлевшей планете все кончается: пересыхают реки и озера, океаны превращаются в моря, а моря — в болота, леса вспыхивают и обугливаются, как сухие спички, а теперь уже поговаривают о том, что нефть и газ тоже на исходе… Увы, не осталось ничего, что я мог бы завещать потомкам — ничего, или почти ничего, что можно продать или положить в банк и спокойно жить на проценты. Пожалуй, единственное, что еще имеет какую-то цену, — это наша сморщенная старушка-планета, которая постепенно замедляет бег, как выдохшаяся кляча,


12 из 13