Какой мудрейшею из мудрых пифийПоведан будет нам нелицемерныйРассказ об иудеянке Юдифи,О вавилонянине Олоферне?Ведь много дней томилась Иудея,Опалена горячими ветрами,Ни спорить, ни покорствовать не смея,Пред красными, как зарево, шатрами.Сатрап был мощен и прекрасен телом,Был голос у него как гул сраженья,И все же девушкой не овладелоТомительное головокруженье.Но, верно, в час блаженный и проклятый,Когда, как омут, приняло их ложе,Поднялся ассирийский бык крылатый,Так странно с ангелом любви несхожий.Иль, может быть, в дыму кадильниц реяИ вскрикивая в грохоте тимпана,Из мрака будущего СаломеяКичилась головой Иоканаана.
1914
ВЕЧЕР
Как этот ветер грузен, не крылат!С надтреснутою дыней схож закат,И хочется подталкивать слегкаКатящиеся вяло облака.В такие медленные вечераКоней карьером гонят кучера,Сильней веслом рвут воду рыбаки.Ожесточенней рубят лесникиОгромные кудрявые дубы…А те, кому доверены судьбыВселенского движения и в комВсех ритмов бывших и небывших дом,Слагают окрыленные стихи,Расковывая косный сон стихий.
1914
НА ОСТРОВЕ
Над этим островом какие выси.Какой туман!И Апокалипсис здесь был написанИ умер Пан!А есть другие: с пальмами, с лугами,Где весел жнецИ где позванивают бубенцамиСтада
