О, подражатели Ватто, переодетые в маркизов, —Дворяне русские, — люблю ваш доморощенный Версаль.Пусть голубеют веера, вздыхают робкие свирели,Пусть колыхаются листы под розоватою луной,И воскресает этот мир, как на поблекшей акварели, —Запечатлел его поэт и живописец крепостной.
76
Пожелтевшие гравюры,Рамок круглые углы,И пастушки и амурыОдинаково милы.В окна светит вечер алыйСквозь деревья в серебре,Золотя инициалыНа прадедовском ковре.Шелком крытая зеленымМебель низкая — тверда,И часы с Наполеоном —Все тридцатые года."Быть влюбленну, быть влюбленну", —Мерно тикают часы.Ах, зачем НаполеонуПодрисованы усы!
77
Кофейник, сахарница, блюдца,Пять чашек с узкою каймойНа голубом подносе жмутся,И внятен их рассказ немой:Сначала — тоненькою кистьюИскусный мастер от руки,Чтоб фон казался золотистей,Чертил кармином завитки.И щеки пухлые румянил,Ресницы наводил слегкаАмуру, что стрелою ранилИспуганного пастушка.И вот уже омыты чашкиГорячей черною струей.За кофеем играет в шашкиСановник важный и седой.Иль дама, улыбаясь тонко,
