Презренье светской болтовне

Иль я умру от пистолета...

О, не пугайся, не дрожи;

Ведь я любим - скажи, скажи!.."

XXXVII

И взор его притворно скромный,

Склоняясь к ней, то угасал,

То, разгораясь страстью томной,

Огнем сверкающим пылал.

Бледна, в смущенье оставалась

Она пред ним... Ему казалось,

Что чрез минуту для него

Любви наступит торжество...

Как вдруг внезапный и невольный

Стыд овладел ее душой

И, вспыхнув вся, она рукой

Толкнула прочь его: "Довольно,

Молчите - слышать не хочу!

Оставите ль? я закричу!.."

XXXV Ш

Он смотрит: это не притворство,.

Не штуки - как ни говори,

А просто женское упорство,

Капризы - черт их побери!

И вот-о, верх всех унижений!

Штаб-ротмистр преклонил колени

37

И молит жалобно; как вдруг

Дверь настежь - ив дверях супруг,

Красотка: "Ах!" Они взглянули

Друг другу сумрачно в глаза;

Но молча разнеслась гроза,

И Гарин вышел. Дома пули

И пистолеты снарядил,

Присел - и трубку закурил.

XXXIX

И через час ему приносит

Записку грязную лакей.

Что это? чудо! Нынче просит

К себе на вистик казначей,

Он именинник - будут гости...

От удивления и злости

Чуть не задохся наш герой.

Уж не обман ли тут какой?

Весь день проводит он в волненье.

Настал и вечер наконец.

Глядит в окно: каков хитрец

Дом полон, что за освещенье!

А все засунуть - или нет?

В карман на случай пистолет.

XL

Он входит в дом. Его встречает

Она сама, потупя взор.