И город скроется во мгле — О, сколько музыки у бога, Какие звуки на земле! Что буря жизни, если розы Твои цветут мне и горят! Что человеческие слезы, Когда румянится закат! Прими, Владычица вселенной, Сквозь кровь, сквозь муки, сквозь гроба Последней страсти кубок пенный От недостойного раба!

Сентябрь (?) 1898 (2 июня 1919)

«Душа моя тиха. В натянутых струнах…»

Душа моя тиха. В натянутых струнах Звучит один порыв, здоровый и прекрасный, И льется голос мой задумчиво и страстно. И звуки гаснут, тонут в небесах… Один лишь есть аккорд, взлелеянный ненастьем, Его в душе я смутно берегу И с грустью думаю: «Ужель я не могу Делиться с Вами Вашим счастьем?» Вы не измучены душевною грозой, Вам не узнать, что в мире есть несчастный, Который жизнь отдаст за мимолетный вздох, Которому наскучил этот бог, И Вы — один лишь бог в мечтаньи ночи страстной, Всесильный, сладостный, безмерный и живой…

9 октября 1898 (1918)

«Жизнь — как море она — всегда исполнена бури…»

Жизнь — как море она — всегда исполнена бури. Зорко смотри, человек: буря бросает корабль. Если спустится мрачная ночь — управляй им тревожно, Якорь спасенья ищи — якорь спасенья найдешь… Если же ты, человек, не видишь конца этой ночи, Если без якоря ты в море блуждаешь глухом, Ну, без мысли тогда бросайся в холодное море! Пусть потонет корабль — вынесут волны тебя!