Ловлю дрожащие, хладеющие руки; Бледнеют в сумраке знакомые черты!.. Моя ты, вся моя — до завтрашней разлуки, Мне всё равно — со мной до утра ты. Последние слова, изнемогая, Ты шепчешь без конца, в неизреченном сне. И тусклая свеча, бессильно догорая, Нас погружает в мрак, — и ты со мной, во мне… Прошли года, и ты — моя, я знаю, Ловлю блаженный миг, смотрю в твои черты, И жаркие слова невнятно повторяю… До завтра ты — моя… со мной до утра ты…

Март 1902

«У окна не ветер бродит…»

У окна не ветер бродит, Задувается свеча. Кто-то близкий тихо входит, Встал — и дышит у плеча. Обернусь и испугаюсь… И смотрю вперед — в окно: Вот, шатаясь, извиваясь, Потянулся на гумно… Не туман — красивый, белый, Непонятный, как во сне… Он — таинственное дело Нашептать пришел ко мне…

Март 1902

«Ты, отчаянье жизни моей…»

Ты, отчаянье жизни моей, Без цветов предо мной и без слез! В полусумраке дней и ночей Безответный и страшный вопрос! Ты, тревога рассветных минут, Непонятный, торжественный гул, Где невнятные звуки растут, Где Незримый Хранитель вздохнул! Вас лелея, зову я теперь: Укажите мне, скоро ль рассвет? Вот уж дрогнула темная дверь, Набежал исчезающий свет.

1 апреля 1902 (Февраль 1914)

«Утомленный, я терял надежды…»