Оказалось, что большой пестрый котС трудом лепится по краю крыши,Подстерегая целующихся голубей.Я рассердился больше всего на то,Что целовались не мы, а голуби,И что прошли времена Паоло и Франчески.
6 февраля 1908
«Я миновал закат багряный…»
Я миновал закат багряный,Ряды строений миновал,Вступил в обманы и туманы,—Огнями мне сверкнул вокзал…Я сдавлен давкой человечьей,Едва не оттеснен назад…И вот — ее глаза и плечи,И черных перьев водопад…Проходит в час определенный,За нею — карлик, шлейф влача…И я смотрю вослед, влюбленный,Как пленный раб — на палача…Она проходит — и не взглянет,Пренебрежением казня…И только карлик не устанетГлядеть с усмешкой на меня.
Февраль 1908
НЕ ПРИШЕЛ НА СВИДАНЬЕ
Поздним вечером ждалаУ кисейного окнаВплоть до раннего утра.Нету милого — ушла.Нету милого — одна.Даль мутна, светла, сыра.Занавесила окно,Засветила огонек,Наклонилась над столом…Загляни еще в окно!Загляни еще разок!Загляни одним глазком!Льется, льется холодок.Догорает огонек.«Как он в губы целовал…Как невестой называл…»Рано, холодно, светло.Ветер ломится в стекло.Посмотри одним глазком,
