И дар божественных видений, Нам внятно всё — и острый галльский смысл,        И сумрачный германский гений… Мы помним всё — парижских улиц ад,        И венецьянские прохлады, Лимонных рощ далекий аромат,        И Кельна дымные громады… Мы любим плоть — и вкус ее, и цвет,        И душный, смертный плоти запах… Виновны ль мы, коль хрустнет ваш скелет        В тяжелых, нежных наших лапах? Привыкли мы, хватая под уздцы        Играющих коней ретивых, Ломать коням тяжелые крестцы,        И усмирять рабынь строптивых… Придите к нам! От ужасов войны        Придите в мирные объятья! Пока не поздно — старый меч в ножны,        Товарищи! Мы станем — братья! А если нет, — нам нечего терять,        И нам доступно вероломство! Века, века — вас будет проклинать        Больное позднее потомство! Мы широко по дебрям и лесам        Перед Европою пригожей Расступимся! Мы обернемся к вам        Своею азиатской рожей! Идите все, идите на Урал!        Мы очищаем место бою Стальных машин, где дышит интеграл,        С монгольской дикою ордою! Но сами мы — отныне вам не щит,        Отныне в бой не вступим сами, Мы поглядим, как смертный бой кипит,        Своими узкими глазами. Не сдвинемся, когда свирепый гунн        В карманах трупов будет шарить, Жечь города, и в церковь гнать табун,        И мясо белых братьев жарить!.. В последний раз—опомнись, старый мир!