Может быть, прямой виновник

Выпавшей тебе невзгоды,

Я в одно и то же время

Поддержать тебя сумею,

Устраню причину вздохов,

Если это устранимо.

Мулей

Ты бесстрашен, португалец,

И в такой же мере вежлив.

Ты сразил меня словами,

Как сразил своею шпагой.

Жизнь моя с минуты сдачи

Вся тебе принадлежала,

А теперь в придачу к жизни

Душу ты мою присвоил.

Ты меня осилил дважды

Обхожденьем и оружьем,

Так как ты попеременно

То жесток, то милосерден.

С этих пор в двойном плененье

Весь я твой душой и телом.

Побужденный состраданьем,

Хочешь знать ты, португалец,

Отчего я так печален

И о чем взыхаю горько.

Знаю я, что в пересказе

Человек отводит душу.

В откровенности свободной

Каждый ищет облегченья.

Но предмет моих страданий

Жизни для меня дороже;

Грусти уменьшать не жажду,

Чтоб ее не обесценить.

И, однако, я в неволе

Я слуга, а ты хозяин.

То, что ты узнать желаешь,

Расскажу я, повинуясь.

Мулей-шейх я прозываюсь,

Короля племянник в Феце.

Род наш княжеского званья,

Воеводами известен.

Видно, детищем несчастья

Был я с первых дней рожденья,

Был я как бы в руки смерти

Принят на пороге жизни.

Чтобы ты во всем объеме

Это утвержденье понял,

Сообщу тебе подробно,

Где я и когда родился.

Хельвы, место избиенья

Вашей силы португальской,

Были родиной моею

В год, когда вы их лишились.

Я еще ребенком малым

Поступил на службу к дяде.

С этой-то высокой чести

Начались мои несчастья.

В Феце, рядом с нашим домом,

По соседству проживала

Та, на красоту которой

Не устану я молиться.