(Щеки розами горят) Вновь мелькнула по дорожке Легкой серною на холм И под пихтою душистой Опустилася, слабея, На узорчатые ткани. И несет одна девица Прохладительный напиток Ей в сосуде золотом. Вкруг Суэге ее рабыни Черну косу выжимают, Чешут гребнем, разделяют, В плетеницы завивают И жемчужную повязку В косу пышную плетут. Пьет царица молодая Прохладительный напиток. Словно пламя — пышут щеки; Словно звезды — блещут очи; Словно волны — дышат груди; Так бела и так свежа! На коврах лежа узорных, Приклонив к руке головку, В упоительном раскиде — То ли розою востока, То ли гурией пророка Тут казалася Сузге. А над нею полной чашей Беспредельного сиянья Небо лета развернулось; А пред нею — горы, долы, Бесконечная равнина, Вечноплещущий Иртыш!.. В легкий сон Сузге склонилась, И любимая рабыня, На колени став пред нею, Обвевала опахалом И пылающие щеки, И трепещущую грудь.
5
Спит царица молодая Под вечернею прохладой, А у ног ее рабыни За узорным рукодельем Чуть-чуть слышными речами Говорят промеж собой. Чудны женские рассказы! Будто полночью глубокой На мысу одном высоком По три раза проходили Цвета белого собака И как уголь черный волк; С воем грызлись меж собою, И в последний раз собака Растерзала злого волка. Будто с той же ночи всюду