Сэр Уильям не только говорил по-турецки, но и понимал большинство местных диалектов. Он представил себе, как самолеты летают над местом трагедии и сбрасывают мешки с гуманитарной помощью, а пострадавшие из-за шока не могут понять, что с ними делать. Конечно, с парашютами наверняка спустили врачей и медсестер, но хватит ли у них времени обслужить всех пострадавших?

«Мне кажется, я могу оказать помощь, — решил про себя сэр Уильям. — Надо отправиться туда».

Железнодорожные пути во всех районах, пострадавших от землетрясения, были разрушены, дороги расколоты и завалены камнями. Требовалась помощь настоящих профессионалов. Поэтому, когда сэр Уильям обратился с вопросом, как добраться до места землетрясения, ему очень вежливо, — поскольку он был довольно известным человеком, — но твердо объяснили, что он не может туда поехать. Как только вертолеты смогут приземлиться в районе бедствия, размеры помощи существенно увеличатся. Пока же те, кто уже там находится, делают все, что в их силах.

Сэр Уильям понял, почему ему отказали. Он действительно не был специалистом по работе в чрезвычайных ситуациях, но в то же время был уверен, что сможет помочь. Тогда он купил верблюда — очень строптивого, как выяснилось, — по имени Муззафа, положил в свой небольшой чемоданчик туалетные принадлежности, смену одежды и небольшое количество вещей, которые могли пригодиться в подобной ситуации, и выехал в направлении места бедствия.

Путь был долгим, потому что постоянно приходилось объезжать большие трещины. Муззафа оказался не лучшим помощником, всю дорогу он был недоволен чрезмерной тяжестью сэра Уильяма и его чемодана, хотя это было совершенно несправедливо. Но в конце концов верблюд все-таки довез сэра Уильяма сначала до той деревни, куда дети ходили к мастеру, а потом и до места трагедии.