Узреть еще небесный вид: Так стон любви, страстей и муки До гроба в памяти звучит.

Ответ Кто муки знал когда-нибудь, И чьи к любви закрылись вежды, Того от страха и надежды Вторично не забьется грудь. Он любит мрак уединенья, Он больше незнаком с слезой, Пред ним исчезли упоенья Мечты бесплодной и пустой. Он чувств лишен: так пень лесной, Постигнут молньей, догорает, Погас — и скрылся жизни сок, Он мертвых ветвей не питает, — На нем печать оставил рок.

Два сокола Степь синея расстилалась Близ Азовских берегов; Запад гас, и ночь спускалась; Вихрь скользил между холмов. И, тряхнувшись, в поле диком Серый сокол тихо сел; И к нему с ответным криком Брат стрелою прилетел. «Братец, братец, что ты видел? Расскажи мне поскорей». — Ах! я свет возненавидел И безжалостных людей. «Что ж ты видел там худого?» — Кучу каменных сердец: Деве смех тоска мило́го, Для детей тиран отец. Девы мукой слез правдивых Веселятся как игрой; И у ног самолюбивых Гибнут юноши толпой!.. Братец, братец! ты что ж видел? Расскажи мне поскорей! «Свет и я возненавидел И изменчивых людей. Ношею обманов скрытых Юность там удручена;



22 из 220