Порабощен мой дух и скован, как цепями,Что ж пользы для меня, — я не любим тобой,Я знаю, ты любовь мою не презираешь,Но холодно ее молениям внимаешь;Так мраморный кумир на берегу морскомСтоит, — у ног его волна кипит, клокочет,А он, бесчувственным исполнен божеством,Не внемлет, хоть ее отталкивать не хочет.
«Болезнь в груди моей и нет мне исцеленья…»
Болезнь в груди моей и нет мне исцеленья, Я увядаю в полном цвете!Пускай! — я не был раб земного наслажденья, Не для людей я жил на свете.Одно лишь существо душой моей владело, Но в разный путь пошли мы оба,И мы рассталися, и небо захотело, Чтоб не сошлись опять у гроба.Гляжу в безмолвии на запад: догорает Краснея гордое светило;Мне хочется за ним: оно, быть может, знает, Как воскрешать всё то, что мило.Быть может, ослеплен огнем его сиянья Я хоть на время позабудуВолшебные глаза и поцелуй прощанья, За мной бегущие повсюду.
К * («Мы случайно сведены судьбою…»)
Мы случайно сведены судьбою,Мы себя нашли один в другом,И душа сдружилася с душою,Хоть пути не кончить им вдвоем!Так поток весенний отражаетСвод небес далекий голубойИ в волне спокойной он сияетИ трепещет с бурною волной.
