Вот и жена моя идет из церкви, А с ней Эмилия с своими четками.

Соррини (в сторону)

Идет, прелестная! Пусть бережется; если Заронит искру пламя в эту грудь, Оледеневшую от лет… то не легко Она избегнет рук моих– мне трудно Носить поныне маску – и что ж делать? Того уж требует мой сан. Ха! Ха! Ха! Ха!..

(Эмилия и донна Мария входят.)

Как счастлив я, что вижу наконец Прелестную Марию – и тебя, Невинную Эмилию. О! Алварец! Не должен тот роптать на провиденье, Кто обладает этими дарами неба, Хотя бы крыши не было от солнца Их защитить.

Алварец

Эмилия, поди сюда. Я объявил отцу Сорринию, Что влюблена ты.

Эмилия (покраснев)

Батюшка!

Алварец

Молчи. Отец святой тебя наставить хочет В том, как вредна любовь, – а ты, Ты слушай со вниманьем – чтоб ни слова Не кинул он на воздух – сердце Твое запутано; не знаешь ты, Чего ты хочешь, – он тебе откроет Опасность страшную любви.

Соррини

Да, если мне позволил ваш родитель, То я готов неопытность ввести На лучший путь. Там нет цветов, Там терния, но цель, к которой мы Приходим, веселит нас – а былое Печально или весело, смотря по тем Мгновениям, когда о нем воспоминаешь.