Простите вы, холмы, пол родные; Приютно-мирный, ясный дол, прости; С Иоанной вам уж боле не видаться, Навек она вам говорит: прости. Друзья-луга, древа, мои питомцы, Вам без меня и цвесть и доцветать; Ты, сладостный долины голос, эхо, Так часто здесь игравшее со мной, Прохладный грот, поток мой быстротечный, Иду от вас и не приду к вам вечно. Места, где все бывало мне усладой, Отныне вы со мной разлучены; Мои стада, не буду вам оградой… Без пастыря бродить вы суждены; Досталось мне пасти иное стадо На пажитях кровавыя войны. Так вышнее назначило избранье; Меня стремит не суетных желанье. Кто некогда, гремя и пламенея, В горящий куст к пророку нисходил, Кто на царя воздвигнул Моисея, Кто отрока Давида укрепил — И с сильным в бой стал пастырь не бледнея, — Кто пастырям всегда благоволил, Тот здесь вещал ко мне из сени древа: «Иди о мне свидетельствовать, дева! Надеть должна ты латы боевые, В железо грудь младую заковать; Страшись надежд, не знай любви земныя: Венчальных свеч тебе не зажигать; Не быть тебе душой семьи родныя; Цветущего младенца не ласкать… Но в битвах я главу твою прославлю; Всех выше дев земных тебя поставлю. Когда начнет бледнеть и смелый в брани И роковой пробьет отчизне час — Возьмешь мою ты орифламму И мощь врагов сорвешь, как жница клас; Поставишь их надменной власти грани, Преобратишь во плач победный глас,