Я плыву по реке, — и поник над рекой   Опечаленный чем-то тростник. Ты неслышно сидишь, ты не двинешь рукой, —   И во мгле, и в сиянии даль. И не знаю я, долго ли быть мне с тобой,   И когда ты мне молвишь: «Причаль». Этот призрачный лес на крутом берегу,   И поля, и улыбка твоя — Бестелесное всё. Я забыть не могу   Бесконечной тоски бытия.

«Под холодною властью тумана…»

Под холодною властью тумана, Перед хмурой угрозой мороза, На цветках, не поблекнувших рано. Безмятежная, чистая грёза. С изнемогшей душой неразрывны Впечатленья погибшего рая, И по-прежнему нежно призывны Отголоски далекого мая.

«Не ужасай меня угрозой…»

Не ужасай меня угрозой Безумства, муки и стыда, Навек останься лёгкой грёзой, Не воплощайся никогда, Храни безмерные надежды, Звездой далёкою светись, Чтоб наши грубые одежды Вокруг тебя не обвились.

«Я от мира отрекаюсь…»

Я от мира отрекаюсь, Облекаюсь тёмной схимой И душою устремляюсь В тот чертог недостижимый, Где во мгле благоуханий, В тихом трепете огней Входит бледный рой мечтаний В круг больных и злых теней. И к сокрытому престолу