до седла с к нему привязанным портфелем» влажным глазом зебру мерил старый мерин А жираф ловил машину головой опуская как шлагбуам, на медведей и волков, зайчат и львиц, что едут, едут поднимая перед носом чтоб не сбили Он цеплял летящих по небу людей и в «флажках» уже как рея голова его и шея зебра громко рассмеялась, покатилась и упала ободрав себе всю попу об ступени. Дул ей Мерин на ушибы целый вечер, а потом они ушли на водкопой.

«Как попал я в яблоко Ньютона на голове Эйнштейна»

 Анапестовый, надушенный грушевый сад весенний, кружат листья золотые облетают ветви мягкие снежинки под дождем грибным…Часы остановили!? Или нет — остановилося пространство А точнее — все уперлось будто в стену Впрочем, в сад тогда въезжали б бэтээры из давно почившем в бозе СССРа в бэтээры бы вростали баобабы из далекого арабского израиля если нет в пространстве данного сценария если прошлое въезжает настоящим в то что будет, значит некто держит стрелки на нуле часов в любое время года И в меня вбегает мальчик безголовый а за ним вбегает дед хромой, пердастый в анапестовый, надушенный грушевый в сад фантазий, сумашествий, сладострастий…

«Да плачь навзрыд!»

 Ну, слава Богу, дОжил я, искрится под светом фар моих (гм) пыльца с плаща несущейся по небу кобылицы упавшего слуги Христа с Крыльца. Ну слава Богу, вьюжит и метелит в окно авто мое и печка бр-р-ррахлит


9 из 13