Весенней траве прорастать из земли,

Где ленивый Илисс средь тощих полей

Неспешно скользит и зловредной струей

Жмется тесней к бесплодным пескам.

Вы - налево, туда, где дорогу в леса

Открыл Марафон, где овцы ведут

Отары ягнят за собой, ища

Пастбищ ночных; вы - туда, где Австр

Смягчает мороз суровых Ахарн

Дыханьем тепла.

Пусть один из вас - на сладкий Гимет,

К малолюдным другой Афиднам идет,

Давно мы и тот не тревожили край,

Где берег морской изогнулся лукой,

Где Сунийский мыс. И Флии зовут

Всех, чья славой десной душа пленена:

Там вепрь живет - земледельцев гроза,

Что множеством ран известен давно.

А вы поводки молчаливых собак

Отпустите вольней, но молоссов пусть

Ярых держит ремень, пусть натянут сильней

Стертой шеей своей привязь критские псы,

Готовые в бой.

А спартанским псам (необуздан их род

И до дичи охоч) подвяжите тесней

Узлом поводки. Когда время придет,

Между гулких скал их лай зазвучит;

А до той поры пусть чуткий их нос

Ловит все ветерки и, низко склонясь,

Ищет нор, пока рассвет еще тускл

И росистая все отпечатки лап

Сохраняет земля.

Пусть один понесет груз редких тенет

На плечах, а другой - витые силки,

Пусть и долгая нить, багряным пером

Вкруг лесов запестрев, зверям преградит

Тщетным страхом путь.

Ты легкий дрот с размаху бросай,

Ты, в обеих руках тяжесть древка держа,

С широким копье острием направляй,

Ты, в засаде засев, громким криком гони

Пугливых зверей, а тебе - свежевать

После лова кривым добычу ножом.

О богиня, тебя, дева-лучница, жду,

Кому отдана в заповедных краях

Над пустынями власть, ты меткой стрелой

Поражаешь зверей, что студеный ток