и тогда достойные, честные игроки огорчились, познали оторопь и афронт, а нечестные и дурные обрадовались, стали жульничать еще пуще, сделался форменный ералаш, короли до того поглупели, что приказали всё низменное возвысить, а всё высокое низвести 52 и крестовые те походы разжаловали в трефовые, объявили несправедливыми, дали волю шестеркам и прочим фоскам публично куражиться над ветеранами и над памятью тех, которые, в принципе, возвратились, но были изгнаны вон, потому что — не узнаны 53 ибо они являлись в ином обличии, в виде небесных птах, и влетали в дома их и всем видом своим и посвистом извещали, что это они, что они вернулись, но жёны и даже матери им не верили и уверяли их, глядя искоса: вы — не те, те — не птицы, и восклицали: va via, кричали: fuera, shoo 54 и те улетали и больше не возвращались, и, поминая их, говорилось, что пали, мол, смертью довольно доблестных, но достаточно слаботелых, или, как выразился летописец, вельми тщедушных 55 казалось бы, ай да эпитет, ан нет: просматривая манускрипт, венценосный цензор, коего почитали лучшим стилистом отечества, сделал на поле помету: стиль и был столь любезен, что там же представил свой вариант: пали смертью изящных 56 хвала вам, ваше величество, ваше речение, будучи самых галантных свойств,