Могучий зверь в ответ даже ухом не повёл, даже глазом не моргнул. Как стоял на месте, так и остался стоять.

Почесал заяц лапкой за ухом, призадумался: "Где искать толстяка?" - И покатился колобком дальше.

В поисках друга, в бегах по полям, по садам - где клочок сена перехватит, где яблоневой корой поживится - незаметно прошло время. Не успел Косой белую зимнюю одёжку сменить, как с тёплыми деньками, с песней жаворонка пожаловала весна.

Звери проснулись после долгой спячки. Вышли на опушку греться-резвиться и косолапая медведица с медвежатами, и серая волчица с волчатами, и рыжая Кума Патрикеевна с лисятами...

Огляделся заяц по сторонам: "Где барсук?"

И тут прямо на него какой-то зверь идёт: худющий, шерсть обвисла. Глаза заспанные. Ноги заплетаются.

- Здравствуй, Косой! - шепчет зверь.

- Ты кто такой будешь?! - дивится заяц.

- Неужели старого друга не узнал?

- Какого старого? - переспросил заяц.

- Прошлогоднего. С кем на водопой к дальнему ручью ходил. С кем в прятки играл. Под ёлкой плясал. Видать, коротка заячья память!

- Откуда ты знаешь? - обиделся заяц.

- Да я барсук!

Косой привстал от неожиданности. Уши торчком. В первый раз своим собственным глазам не поверил:

- Как барсук?! И такой худой!

- Так-то, Косой! Помнишь, ты всё смеялся надо мной: "Ну и толстяк!" А я летом жирок себе нагуливал.

- Это к чему, - поинтересовался заяц, - жирок?

- По осени залягу я в нору, сплю до весны и понемногу худею. Недаром говорят: зайца зимой ноги кормят, а барсука - летний жирок.

- Так-так! - смекнул Косой. - Значит, ты сам себе кладовая!