самолет на Викторию.Ушел самолет, покачиваясь.Ушел самолет,и крышка.Одиннадцать дней радисты усталых глаз не смыкали.Обшаривали пилоты каждый клочок земли.Людей, потерпевших бедствие,одиннадцать дней искали.А на двенадцатый утром радировали:«Нашли!»Нашли?Но тогда скажите, зачем же, кусая губы,начальник аэропорта не смотрит в глаза другим?Кому эти черные ленты?Зачем же оркестр из клубав притихшем маленьком заленегромко играет гимн?..Упругий морозный возд у х морзянка сечет на части,земля беспокойно вздрагивает,известием растревожена.И сообщают об этомженам однимда начальству.Женам – так, как приказано.Начальству – так, как положено.А в доме возле Арбатаматери верили снам.Им снилась немая пустыня без края и без конца.Белесый сынишка штурманапроплакал в тот день допозднапод огромной картой Арктики в кабинете отца…По-прежнему шли самолеты трассой предельно трудной.По-прежнемудолгим вьюгам никто не хотел сдаваться.И над молчаливыми льдами,над бесконечной тундройвисели на ниточках звезды,готовые оборваться.
Ровесникам
Артуру Макарову
Знаешь, друг,мы, наверно, с рожденья такие…Сто разлукнам пророчили скорую гибель.Сто смертейусмехались беззубыми ртами.Наши мамывестеймесяцами от нас ожидали…Мыросли –поколение рвущихся плавать.Мы пришлив этот
