Звал Смерть к себе, в надежде облегченья.

Он говорил: "Прерви мои мученья!

Приди за мной, возлюбленная тень!"

Не отказала Смерть ему в услуге;

И вот открылась дверь, идет к нему она.

Но, увидав ее, он закричал в испуге:

"Что вижу я! Уйди! Ты мне страшна!

При взгляде на тебя кровь в жилах леденеет,

Могильным холодом твое дыханье веет!

Не подходи!

О Смерть! о Смерть! Уйди!"

Вельможный Меценат, проживший столь беспечно,

Сказал: хотел бы жить я вечно

Как нищий, жалкий и больной,

Но только б жить! до сени гробовой

Я жизни буду более чем рад!

"О Смерть, не приходи!" Так все тебе твердят.

Ф. Зарин,

Эзоп разработал эту тему иначе, как ясно из следующей басни. Я написал свою, желая дать содержанию более общий характер. Но некто показал мне, что я поступил бы несравненно лучше, придержавшись оригинала, что я пропустил одну из прекраснейших черт, подмеченных Эзопом. Это заставило меня исправить мою ошибку. Нам не превзойти древних; на нашу долю они оставили лишь славу хороших последователей. Но я присоединяю мою басню к басне Эзопа не потому, что она заслуживает этого, но из-за прекрасного, находящегося в ней, имени Мецената, которое так идет к содержанию басни; я не счел себя вправе выбросить его. Приводимые в басне слова приписываются Меценату Сенекою.

Лафонтен.

16. Крестьянин и Смерть

(La Mort et le Bucheron)

Набрав валежнику порой холодной, зимней,

Старик, иссохший весь от нужды и трудов,

Тащился медленно к своей лачужке дымной,

Кряхтя и охая под тяжкой ношей дров.