Они и купаются. Непрерывно. Все лето. И рыбу лови хоть в лимане, хоть в море, и крабов. А в степи выманивай тарантулов, "выливай" сусликов в норах, ищи птичьи гнезда... А море, сколько оно всего выбрасывает! Ну, не так уж часто, а все-таки... Нет, Юрка не хотел бы жить в Ломовке, хотя там есть клуб и туда иногда приезжает кинопередвижка. Передвижка бывает редко, а танцы - на кой они Юрке сдались? Осенью и зимой там грязь, пока до школы доберешься, весь изваландаешься. А летом пыль, и раскаленный ракушечник домов, и вонючая вода в рытвине, что идет от копанки - глубокого колодца в конце улицы. Вода там все время подтекает из железного резервуара, а утекать ей некуда, она так и стоит в извилистой канаве через всю улицу и гниет. И Ломовка далеко от дороги, там когда-никогда заедет новый человек, все одни и те же люди, что сегодня, что завтра, что через год. А их дом у самой дороги. И сколько, какие только машины не пролетят мимо за день! Раньше они шли круглые сутки, а когда пересыпь на Донгузлаве перекопали и сделали переправу, ночью машины ходить перестали - ночью переправа не работала. Это и лучше, все равно их в темноте не увидишь, только фары слепят.
Конечно, в школу ходить далеко. Летом еще можно на велосипеде, а вот осенью и зимой, когда грязь, на велосипеде не разъездишься. Но и тогда, если, например, утром едет Сенька-Ангел, хоть на бортовой, хоть на молоковозе, он обязательно остановится и сигналит, пока они не прибегут.
- Давай, давай скорей, солдаты! Не ломай мне график! - кричит он им.
И подвозит до самой Ломовки. Никакого графика у него нет, говорит он про него просто так. Он вообще чудак, этот Сенька. Славка ему сказал, что они же не солдаты.
- Нет, так будете. Все мы солдаты... Садись, не задерживай!
Ну, а если Сеньки нет, тогда приходится топать пехом. Другие шоферы не берут, даже не останавливаются, а гонят мимо.
Зато когда выпадает много снегу, дорогу занесет, тогда совсем хорошо. Во-первых, в школу не ходить, а во-вторых, шоферы и разные командировочные с застрявших машин набиваются к ним в дом.