Все было под боком. Дядя мой, работал то в ночную смену то в дневную, поэтому я мог выбирать время. Hо что-то меня остерегало от слишком решительных действий. Я избрал путь длинный, долгий и честно говоря бесперспективный.

Я все время старался находиться поближе к тете, коснутся ее вроде случайно, прижаться к ней ну и все в таком духе. Hе знаю как она все это воспринимала, но никаких замечаний мне не делала. Это длилось около недели и должно было как-то закончиться и закончилось, правда совсем не так как я ожидал.

Как-то, когда дядя работал в ночную смену, а тетя мыла посуду на кухне я лежал в зале на диване и читал лорда Теннисона. "Распятый, молча, он стоит И крошит пальцами утес В кольце лазоревых миров В краю чужом - у самых звезд."

Внезапно я подумал, что эти строки как раз про меня, это я стою молча и крошу пальцами утес, и буду стоять вечно,если немедленно что-нибудь не сделаю. Я встал, пошел на кухню и сделал. Прошло уже столько лет, а мне все равно неприятно вспоминать этот эпизод.

Как себе не приказывай, не заставляй, а толку не будет.

Бродить по городу, наблюдая людей и размышляя конечно забавное занятие, но, как и во всем хорошем здесь тоже есть плохое. Через некоторое время устаешь, устаешь чисто физически. Hоги начинают гудеть как провода, сухость во рту и возникает вполне законное желание, преклонить свою усталую задницу на обшарпанный стул какого-нибудь уличного заведения. Сейчас это время как раз наступило. Я был вынужден признаться сам себе, что меня несколько утомила эта ходьба без цели, и было бы неплохо сесть в каком-нибудь кафе под открытым небом и выпить пару чашек кофе, без сливок, но с сахаром.