Он нахмурился и отложил лютню. Потом обнял колени, примостив на них подбородок, и принялся разглядывать гобелен за мей спиной. Какое то время мы просидели молча... "Уходи", попросил он. Я поклонился и вышел...

II

Король позвал меня в один из унылых вечеров, когда длинные тени башен пугливо перебираются через заросший ряской ров, стремясь избежать тоски засыпающего дворца. Король приплясывал у ярко пылающего камина, протянув руки к огню. Он был возбужден, и к тому же, одет неподобающим образом. От камзола из грубого сукна валил пар - с утра, не переставая, шел дождь. Соответственно, сапоги из телячьей кожи и суконные же штаны покрывали разводы подсыхающей грязи. Услышав мои шаги, он повернул ко мне сияющее лицо и почти выкрикнул: - Я нашел ее! - Кого, ваше величество? - Женщину, которая любит меня, не зная, кто я. Я представился ей органшиком собора святого Якова. - Вы солгали ей, ваше величество, это не принесет вам счастья. - У меня не иного было выхода - я хотел, что бы хоть кто-нибудь любил меня. Меня, а не корону и трон Арии. Меня, а не мое богатсво и положение. Hе перебивай меня, шут.

И он принялся рассказывать о прелестной дочери галантерейщика, с которой познакомился во время своих прогулок инкогнито, о тихих вечерах, которые они проводят вдвоем в снятой им маленькой квартирке, о небывалом счастье, которое выпало на долю обыкновенного короля. Я слушал его вполуха, думая о том, что я первый раз не прочь поменяться с королем местами. И, разумеется, не перебивал. Когда он закончил, я был уверен в том, что в этот вечер он вполне обойдется без меня, более того, я буду ему мешать, ведь он уже высказал все, что распирало его.