Я подогнал машину как можно ближе ко входу, прислушиваясь к доносящимся изнутри банка звукам. Звуки не отличались разнообразием: сначала - два выстрела, потом - разноголосые крики; снова выстрелы и опять крики. Hаконец - одиночный выстрел, провозгласивший тишину. Очевидно, развязка была близка, и я не сводил глаз с дверей.

Ждать оставалось недолго - через полминуты виновник всего переполоха появился на выходе. В левой руке Дюк держал объемистый и наверняка тяжелый для него чемодан, содержимое которого не вызывало у меня никаких сомнений. В правой непринужденно болтался пистолет. Выйдя, парень скучно глянул по сторонам, из чего следовало, что он совершенно не задумывался о том, что будет делать дальше.

Вот тут я понял, что настало время вмешаться в происходящее.

Распахнув дверцу, я сделал рукой недвусмысленный знак, и парень, к счастью, понял его правильно - без колебаний вскочил в машину и захлопнул дверцу. Тут же я рванул "Форд" с места, и взревевший мотор заглушил птичьи споры. Затем увеличил скорость и понесся прочь. Из боковой улочки, откуда ни возьмись, выскочила полицейская машина и кинулась преследовать нас, мигая огнями сирены. Я несколько раз сворачивал, съезжая на узкие проезды, которые еще недавно проклинал на чем свет стоит - зато в сравнении со вчерашним сейчас мне было намного легче преодолевать препятствия на этих далеких от идеала дорогах. Hаконец преследователи отстали. Я сбавил скорость и теперь уже просто ехал, не думая о направлении. Лаки Дюк сидел рядом с беззаботным видом. Hа полу между ног у него стоял чемодан, на коленях лежал пистолет.

- Ты даже не спрашиваешь, кто я такой? - мне надо было как-то начать разговор.