- Шарашились геологи все лето вот здесь, - склонился над Кольчиной картой дедушка и обвел тупым концом карандаша большой круг у Северо-Байкальского нагорья. - Тут мое ухожье, я могу даже пометить вам, где вышки у них стояли.

- Очень хорошо! - радостно воскликнул Кольча.

На карте появилось три крестика. Два неподалеку один от другого, а третий в стороне, километрах в пятидесяти или даже и того больше.

И опять собрались мы у Кольчи. Начались каникулы, и Кольчина комната стала нашей штаб-квартирой. На стене появилась большая карта Северо-Байкальского нагорья. Крупномасштабная карта, специальная. Снята она аэрофотосъемкой летом и похожа на громадную фотографию, сделанную на большой высоте.

С особой тщательностью мы нанесли на эту карту буровые нефтяников. Вернее, места, где эти буровые стояли. Дедушка Петрован помог нам даже прочертить несколько дорог, которыми пользовались геологи, места их стоянок.

А рядом с нашей рабочей картой появилась картинка, найденная в кисете убитого охотника. Не подлинник, разумеется. Кольча срисовал ее. Две девушки, веселые и нарядные, бегут по зеленой елани. Взялись за руки и венки на головы нацепили. Должно быть, для смеха Кольча нарисовал их вполне современными, в джинсах. И одна здорово смахивает на Галку Зырянову, самую красивую девчонку в нашем классе. По-моему, он на нее давно уже заглядывается.

- Может, здесь ничего и не загадано, - устало протянул Ванюшка.

- Хорошенькое дело! - возмущенно фыркнул Кольча и даже толкнул его слегка в спину. - Зачем же тогда охотник эту картинку домой нес? Подумаешь, произведение изобразительного искусства!

- Сколько уж людей над ней головы ломали! - вмешался и я.

Это окончательно взбесило Кольчу.

- Миша, оставь, пожалуйста, свои грустные комментарии! У них не было вот этого! - Кольча грохнул на стол трак гусеницы. - Это, по-твоему, значит что-нибудь или нет?