Так что в последующие дни с шоферов десяти машин от шести-семи он получал пошлины. Двое - трое, самых жадных, уезжали в дерьме. А от одного-двух он регулярно получал по шее. Били больно, но не до смерти. Но разве боксеры свой хлеб, философствовал бомж, не таким же способом зарабатывают?
1997 г.
КАК ПАЛЫЧ МИНИСТРА ПОТЕРЯЛ
Шофер Виктор Павлович имел очень уж большой водительский стаж. Даже на фронте успел генерала повозить. И на гражданке спрос на его услуги не упал. Водила - высший пилотаж. Таких ещё поискать надо! Возил лет десять директора завода, потом жирнющего начальника треста, потом руководителя главка, который после стал заместителем министра, а потом и самого начальника отраслевого ведомства. То есть министра. И что интересно никогда Палыч не сидел за рулем грузового автомобиля. "Опели", "Волги". ЗИЛы, "Чайки" - в этих машинах он знал. толк. И за весь тридцатилетний водительский стаж никогда проколов не имел. Машина всегда к выезду готова, вымыта до блеска, в любое время могли его начальники поднять с пастели и у Палыча, как говорится ни в одном глазу.
Но однажды Палыч прокололся. Причем крупно.
Спешили они на "Чайке" с министром на какую-то важную встречу в другой город. Палыч успокаивал шефа, мол, все будет "о, кей" - приедем с запасом времени. Но министр так разнервничался, что захотел по нужде. Палыч остановил машину на обочине шоссе и боковым зрением видел, как министр, даже не захлопнув заднюю дверцу, лихо поскакал в перелесок. Дверь не стал закрывать, пусть в салоне проветрится - погода-то, весенняя, солнечная хорошая. Правда, ветерок гуляет. Лишь улыбнулся - и на министров проруха бывает Включил музыку и откинулся на спинку сидения. Надо сказать, любил сидеть министр в правом углу машины, так, чтобы его Палыч в зеркало заднего вида не обнаруживал.
Вдруг слышит, задняя дверца хлопнула, Палыч по газам, переключился на пятую и опять на сто двадцать. Проехал километров сорок, что-то шеф никаких признаков жизни не подает. Хотя знал Палыч, что начальник его был мужиком молчаливым, редко, когда в разговоры пускался. Но тут словно нутром почувствовал, что нет пассажира в машине.