Внезапно я понял, что класс давно уже опустел - вместе со звонком все поспешили по домам. И только учитель географии не отрываясь смотрел на меня и жадно ловил каждое мое слово. А в дверях замерла Оленька и по ее щеке отчего-то текла слезинка. За окном было уже темно. Сколько же это я говорил? - Продолжай, мальчик . Продолжай... пожалуйста, - тихо попросил географ. А я отчего-то вдруг разом потерял нить истории, словно исчерпал до дна свой словарный запас. Из коридора раздались шаги, и за спиной Ольги Егоровны выросла грузная фигура директора.

- Гм... - как всегда содержательно сказал он. - Приветствую, Федор Анатольевич. Что тут у вас? Снова Антонов? Будем посылать на городскую по географии?

- Извините, - пискнул я и, вдруг сорвавшись с места, под недоумевающим взглядом директора выскочил из класса и что есть духу побежал вниз по лестнице - скорее домой.

* * * * * *

...Замок, в который я попал, был очень странным. Верная Ярина осталась у дверей, а я перешагнул порог и вошел в стеклянные стены. Издали город казался сотканным из драгоценного хрусталя, в лучах закатного солнца он блестел неземным сиянием, которое иногда тревожит и манит нас к себе в детских снах. Мне казалось, что он очень далеко, но всего через несколько минут я добрался до его стен. Ворота города были открыты, и ветер раскачивал висящие над входом хрустальные подковы. Прямо за воротами когда-то был базар - рядами стояли лотки, прилавки. И было такое ощущение, что минуту назад здесь кипела торговля, ходили и приценивались к товарам коробейников покупатели, кувыркались на подмостках акробаты, горланили песни актеры, развлекали народ. А теперь словно порыв ветра подхватил их как желтые осенние листья и унес с собой, оставив площади лишь память и далекое, на грани восприятия, эхо.

Копыта Ярины стучали по прозрачной мостовой. Мы медленно поднимались в гору, ведущую к прекрасному замку.