Второй дернулся и отскочил в сторону, но моя бутылка двигалась быстрее. Хрустнула челюсть и кавказец взвыл. Третий получил от рыжего. Откуда не возьмись появились еще пятеро черноволосых-чернооких с палками в руках и быстро пошли в нашу сторону. Решив возобновить психологическую атаку, я повторил свой боевой клич. Три здоровых мужика стоящие на остановке сжали кулаки - подошел трамвай и ребята приложили немало сил, прежде чем смогли закрепится на подножке, а там уж, растолкав нескольких старушек, исчезнуть в глубине. Слегка поддатый дядька огляделся по сторонам и куда-то побежал. Парень в дорогом автомобиле принялся неистово сигналить, подрезавшей его девятке, а водитель девятки, в ответ, высунул из окна руку, показав иномарщику одноименную конфигурацию пальцев. А вот продавец в соседнем киоске оказался парнем отзывчивым. Что делать, чеченская кровь. В секунду покинул он рабочее место и кинулся к нам. От него-то я первый удар и пропустил. А палкой по спине меня вообще давно не били, потому то я и не устоял... Черт знает как удалось подняться раньше, чем удар оппонента достиг меня второй раз. Hаверно это и спасло. Дальше все было просто, двое на восьмерых, знай кулаками работай, не до криков уже... Только однажды, толи спустя миг, толи через целую вечность, в поле моего зрения попал милицейский патруль. "Красавцы",- успел отметить про себя я, в тщетной попытки уйти от трех одновременных выпадов,- "дубинки, рации, моднявая форма"... Красавцы быстрым шагом проследовали мимо. Hа другой стороне барахолки, произошло шевеление - пожилые торговки луком и гвоздиками поспешили прочь. Милиционеры лихо припустили в догонку... Hекоторое время я лежал на еще холодном после зимы заплеванном асфальте. Потом, осторожно, языком провел по зубам. Вроде целые. С приоткрывшегося рта капала кровь. Ужастно болел бок, наверное ребро треснуло. Кулаки онемели.