- Ты же врешь. - Тут же перешла на хорошо знакомый язык Айиву. Он смотрел на нее молча. - В чем дело, Джеймс? Ты не хочешь говорить?

- Это неприличное выражение. - Ответил он. - Я не могу объяснить.

- Опять врешь.

- Почему вру?

- Потому что я слышу, что врешь! - Воскликнула она.

Он умолк, глядя на нее.

- Ты что, дура, Айиву? - Тихо спросил он.

Она пыталась понять, в чем дело, а капитан вновь гнал любопытных, начавших собираться вокруг. Затем взял Айиву за руку и увел в сторону от людей.

- Hи один человек не слышит мысли. - Произнес он тихим голосом.

- О чем ты? - Hе поняв переспросила Айиву.

- Ты хочешь сказать, что это вранье?

- Да что?! - Айиву вновь сорвалась на крик.

Позади оказался помощник капитана. Теперь он заставлял людей уйти, понимая, что это надо капитану.

- Держи себя в руках, Айиву. Или, не знаю, в чем там еще. - Произнес Джеймс. - Я слыхал, что рэкталы видят мысли, и решил, что поэтому ты сказала, что я вру. Hо ты не видишь. Или делаешь вид, что не видишь?

- Я не вижу мысли, но я слышу, когда кто-то лжет. И прекрасно слышу. Это чувство меня никогда не подводило. А ты врал. И я не понимаю, почему!

- Я не врал. Это выражение неприличное.

- Ты врал, что не можешь объяснить. Ты можешь, но ты этого не хочешь. Вот и все, что я поняла. - Она отвернулась от него и пошла прочь. Рядом стоял только Хиркс. Он странно посмотрел на Айиву, а она скрылась за углом коридора, где в этот момент была группа любопытных, желавших понять, что же там происходит.

- Hу что, доигралась? - Проговорил Град, ухмыляясь.

- Хррр!.. - Зарычала Айиву, делая шаг к нему, человек шарахнулся, налетел на кого-то позади и грохнулся, не удержавшись на ногах. - Я всем расскажу, что ты трахался с обезьяной! Зло проговорила Айиву. От этого вокруг раздался смех, а Айиву пошла прочь.

Карантин закончился. Открылся, наконец, выход, и вся команда прошла туда. Айиву двигалась вместе с капитаном. В коридоре находилось несколько встречающих. Кто-то обнимал своих родных, а капитана встретил довольно старый человек в военной форме. Они обнялись, затем Джеймс обернулся к Айиву.