- Батюшки, мать, - обратился он к бабе Маше, закашливаясь в дыме, - ты что это так набуздалась сильно ? Отмечала чтоль что ? Или кавалер тебя кинул ? - он зашёлся в хриплом смехе, - Hу мать, ты дала маху.

Сзади подошли двое оставшихся и слушали своего друга улыбаясь.

Баба Маша подняла уже совсем помутневшие глаза на мужиков, она уже не улыбалась. Она подняла руку сжатую в кулак в воздух и грозно помахала мужикам.

- Я бы... - сказала она с большим трудом, - вас, скотов!

Сын у меня придёт, вам даст ! Он - ух. А вы... Сын придёт, он вон высокий какой ! Ещё когда после армии приехал... - баба Маша попыталась приподняться с газона, но снова её повело в сторону. - Военным стал. Вас всех надо воспитывать, советская власть ! - Она поправила сбившийся платок. - Мужу-то сказать, так ничего не будет. Муж уже старый, в годах значит. Ему скажи, он ничего не сможет сделать, а сын... ух ! Я бы...

Ивановна укоризненно смотрела на разговорившуюся бабу Машу, качала головой. Мужики курили, сплёвывали и молча наблюдали за ней.

- Мать, - обратился снова первый, но только теперь к Ивановне, - пару чириков подкинешь, с ветерком доставим сразу.

Ивановна только молча отвернулась от них. Рассматривала ближайшие переулки в поисках соседей или знакомых. Потом резко повернулась к мужикам.

- Идите-идите, алкашня подзаборная ! сейчас придёт ктонибудь, помогут.

Мужики презрительно оглядели Ивановну и молча отошли обратно к двери магазина. Ивановна беспомощно оглядывалась.

Ветер разметал горячую городскую пыль. В дверях магазина почти всё время шевелился поток людей.

- Ребята, - обратилась она к троим подросткам, выходящим из дверей, помогите, пожалуйста, бабушку довести до дома ?

Мальчишки смерили взглядом бабу Машу, которая сидела с поникшей головой. Один что-то шепнул двум другим и они, хохотнув, прошли мимо старушечьей беды.