- Бабушка! Бабушка! - закричали Машка с Петькой, прямо на ходу выскакивая из флаера.

- Ах вы, мои внучатки, - соскакивая на землю и звеня шпорами, бросилась она им навстречу.

- Как же вы одни в такую даль поехали... - причитала она, прижав их к усеянной хромированными шипами куртке, - Как же вас родители-то отпустили?

- Да что вы, бабушка! - отстраняясь, чтобы не поцарапаться, строго отвечал Петя, - Мы уже не маленькие! И Житомир, чай не Альфа Центавра. Подумаешь, пару тысяч километров!

- Ах, вы мои крохотулечки, - продолжала звенеть цепями и заклепками старушка, - Касатики мои ненаглядные...

- Бабулечка! - чмокнула ее в щечку Машка, - Мы тебе замечательный подарок приготовили!

- Ага! Просто чудесный! Тяжеловат, правда... - подтаскивая телепортатор, кивнул Петька, - Hо ты ведь любишь все такое тяжелое...

- Ой! Да что же это деется? - воскликнула бабушка, - Егор Кузьмич, ну-ка, помоги ребенку!

Метнувшийся на зов седобородый старец в косухе подскочил к Петьке и, подхватив его вместе с коробкой, подтащил к бабушке.

- Вот! - хмыкнул он, - Ай-ай-ай! Такой маленький, а уже железо таскаешь!

Бабушка с удивлением ходила вокруг коробки. Посмотреть на подарок сбежались и остальные гости.

- Интересно, что это? Посудомоечная машина? Холодильник? - вопрошали они.

Егор Кузьмич вместе с еще одним седовласым дядькой аккуратно распаковали коробку, сорвали с нее обертку, отодрали пенопластовые панели и... Ого!

- Вот тебе, бабушка, и Юрьев день...

- Да это просто пепелац какой-то!

"Сами вы пепелацы!" - обиженно подумал Петька. Они с Машкой выступили вперед и пояснили:

- Это тебе, бабушка, не Юрьев день, это тебе, бабушка, телепортатор!