— Уехал, — сказал Карысь и вопросительно посмотрел на Ваську.

— А то, — решительно ответил Васька, — уже под самое село подкатил. Пошли.

Но теперь Карысь уже шёл без удовольствия. Он часто отставал и боязливо оглядывался назад. А потом сел на моховую бровку и надел сандалии.

— Ты чё? — удивился Васька.

— Ноги больно, — пояснил Карысь, с усилием затягивая пряжки.

— Это от непривычки, а мне хоть бы что.

— Далеко ещё, Ва-ася? — тоскливо спросил Карысь.

— Не-е, вон тот лесок пройдём, а там совсем рядом. Только ты тихо и не ной. Витька говорил, что надо часа два просидеть, потом он покажется.

— Кто?

— Ну, чудище. У него под землёй ход есть, и он в реку плавать ходит. А в протоке спит...

Карысь долго идёт молча, а потом решительно заявляет:

— Врёт он. Тогда бы его в реке в сетку поймали. (Васька не отвечает, лишь презрительно косится на Карыся.) А зимой вода замерзает, что тогда Витькино чудище делает?

— Я вот скажу Витьке, — наконец откликается Васька,— он тебе даст по шее.

Дорога поднимается на небольшой перевал. Здесь тайга пошла реже, показались огромные валуны, поросшие с севера мхом. А в одном месте ребята увидели бурундука. Он сидел на поваленной лесине и с любопытством смотрел на ребят.

Васька потянулся за камнем.

— Не,— решительно трясёт головой Карысь, — давай поймаем?

— Так он тебе и дался.

— А вот поймаем.

Карысь широко расставляет руки и маленькими шажочками продвигается к зверьку. Но только он сошёл с дороги, как бурундук легонько побежал по дереву, вспрыгнул на ветку пушистой ёлочки и лапой утёр усатую мордочку. Карысь ещё осторожнее двигается к нему, а бурундук уже на следующем дереве — огромной пихте с седыми ветками. Засмотрелся Карысь на зверька, споткнулся о корень и растянулся на траве. А когда поднялся, бурундука уже нет. Задрав голову, Карысь несколько раз обошёл вокруг дерева, с удивлением постучал по нему кулаком и вернулся на дорогу.