В трубке было тихо. Леша Копейкин уже не мог без окончания этого странного разговора, и он изо всех сил дул в трубку и кричал «але». Наконец Василий какой-то на том конце провода снова заговорил.

- Але, Леша, так как дела?

- Куда вы пропали? - спросил Леша Копейкин.

Василий на том конце провода, пожалуй, что-то ел, потому что голос его то и дело густел и прерывался.

- Вы что там, едите? - спросил Леша Копейкин.

- Ем. А что?

- Ну, странно как-то…

- А чего странного? Тороплюсь.

- Куда?

- Как куда, на пожар.

- На какой еще пожар?

Василий помолчал, дожевывая.

- На обыкновенный.

- Горит что-нибудь?

- Нет еще.

- Как это «нет еще?» Вы как-то загадками говорите.

- А чего тут загадками! В восемь загорится.

- Что загорится?

- Да дом один. Номер девять по Угловой улице.

- Да что это вы говорите! Откуда вы можете знать, когда загорится?

- Сам и подожгу.

- Ну, знаете, это уже совсем нелепость…

Теперь замолчал Леша Копейкин. Он не знал, продолжать ему этот странный разговор или прервать. Пожалуй, надо было заканчивать. Либо этот человек его разыгрывал, либо это был какой-то ненормальный, а может быть, даже преступник.

- Да ладно переживать-то, - сказал неизвестный. - Подумаешь, сгорит дом. И не такие еще горят.

- О вас надо в милицию сообщить, - сказал Леша.

- Вот это напрасно. Слушай, дела-то как, ты не сказал.

- Какие еще дела?

- Уроки, к примеру… Ну, ладно, так ровно в восемь. Пока.

В трубке загудело.

На секунду оторопев, как бы мысленно проверяя реальность только что оконченного разговора, Леша Копейкин молниеносно набрал номер милиции.

- Товарищ милиционер, товарищ милиционер, дом хотят поджечь в Угловой улице!…

- Понятно, - сказал милиционер, даже не выслушав Лешу до конца. - Примем меры. Спасибо! - И повесил трубку.