Папа кивнул.

- До свадьбы заживет.

- А пальто порвал, когда мы с сарая прыгали…

- А я уже зашила, - приветливо сказала мама. - Мальчишка, да чтоб не драный ходил!…

Наконец Петя умолк. Поведение родителей было загадочно и совершенно необъяснимо. Петя подозрительно посмотрел на них и сказал:

- Послушайте, граждане, в чем дело? У вас против меня заговор?

- Какой еще заговор? - удивился папа.

- А что такое, Петя? - спросила мама.

- Ну, вы хоть бы немножечко меня поругали… Ну, хотя бы за двойку или за синяк.

Мама засмеялась.

- Ах, вот в чем дело!… Да нет, Петя, отменяется.

- Почему?

- Потому что Василий, - сказал папа, - это наш школьный друг. Мы все вместе учились у Акима Макарыча. Все что ни делает Василий - дело верное, он никогда не обманет и не подведет! Василий такой человек, что, с кем рядом ни постоит, всех воспламеняет!

- Это правда! - воскликнул Петя. - Хоть он и борется с воспламенениями.

- Василий, - сказала мама, - не человек, а огонь, хоть он и борется с огнем. Василий ради друзей на край света пойдет! И ты с ним можешь идти, мы отпустим.

Ничего хорошего

Каждый день радио приносило все более тревожные известия. Несмотря на то, что они были немногословны, картина событий все-таки вырисовывалась.

Мятежный двадцатидвухлетний капитан Бимба, заместитель главнокомандующего вооруженными силами республики, со своими войсками двигался с западного побережья в глубь страны. С юга, учиняя кровавые расправы над мирными жителями, сжигая селенья и посевы, пробирался отряд белых наемников-парашютистов. Командовал отрядом некто Жан Леруа, бельгиец по происхождению.

Все говорило за то, что между ними был согласованный план действий, потому что и те и другие шли по направлению к столице.

Законное правительство республики спешным порядком проводило всеобщую мобилизацию, готовилось к обороне. Страстное, полное тревоги и решимости обращение правительства республики к миролюбивым народам слушал и читал весь мир.