Вначале Петухова ничего не поняла.

"Что за странность, -подумала она,- одно фамилица моя? Тоже Валентина и тоже Сергеевна. И год рождения мой." Это не укладывалось в голове. День внезапно померк. Казалось, ночные видения обступили её вновь.

А когда же она умерла?

Надпись, свидетельствующая об этом, была всё ещё скрыта грязью. Снова дотрагиваться до камня было неприятно и даже страшно. Валентина Сергеевна достала из кармана кофты носовой платок и намочила его в луже.С мокрым платком в руке она в нерешительности стояла возле памят ника. Любопытство подталкивало её,страх не давал поднять руки. Наконец любопытство пересилило.Она осторожно провела мокрой тканью по едва просту павшим из грязи цифрам. Потом с внезапно появив шейся смелостью лихорадочно заработала платком. На камне чётко и рельефно проявились цифры. Это был нынешний год.Судя по дате ей оставалось жить тринадцать дней. Валентина Сергеевна нисколько не сомневалась, что надпись эта напрямую связана с ней.

Не помня себя, схватила она корзину с уже ненужными вчерашними грибами и побежала куда глаза глядят. Буквально через полчаса она маши нально отметила, что стоит на околице Лиходеевки. Здесь Валентина Сергеевна постаралась взять себя в руки. Вот,наконец, и дом, где она остановилась. Едва кивнув удивлённой хозяйке, которая копалась во дворе, Валентина Сергеевна проскользнула в свою комнату и, не раздеваясь, бросилась на кро вать. Сердце бешенно стучало. Мысли лихорадочно скакали. Страшно разболелась голова. Ужас пере полнял всё её существо.

Заглянула хозяйка. Поинтересовалась, где была постоялица. Та ответила, что заблудилась.

- А где ты, милая, ночевала? - продолжала расспрашивать бабка.

- Да в лесу, под деревом, - односложно ответила библиотекарша.

- Ну ладно,отдыхай,- старуха вышла.

Валентина Сергеевна забылась в тяжёлом сне.

Вечером за столом библиотекарша пила чай, без аппетита жевала пирог с капустой и молчала. Старуха с любопытством поглядывала на неё, взды хала, кашляла,но тоже не произносила ни слова. Наконец старуха не выдержала.