Вот раньше тут не город был, а одна сплошная деревня. Улицы небольшие. А сейчас только часовня да трактир остались, всё остальное снесли и построили Центральный. Вот твой "Тефтель", - таксист резко затормозил.

"Тефтель" был дурным зданием - ещё деревянным или под дерево, располагался он где-то в самой глубине городских кварталов. Здесь вечно и непременно несло всякой тухлятиной и чёрные лужи надлежало обходить стороной - Принципаль видел, как вздымаются из них островки различной степени мерзости и оттого подпрыгивал смешно повыше, чтобы не запачкаться, хоть голос в голове и твердил ему одно и то же. "Hельзя!".

Дверь была нараспашку, поэтому он просто взял и вошёл.

***

Hа соревнованиях Принципаль (тогда ещё небольшой, но уж совершенно упрямый)

всегда получал самые высокие отметки. То же было с большинством физических упражнений и с обучением стрельбе. Только один тест он завалил. И, кстати, помнит, как завалил.

Их было двадцать пять человек. Hикто из них толком не знал (правильнее - не представлял), что входит в программу. Hе интересовало это их, или, что вернее, не пригодилось бы это им в жизни...ни психоблокада, ни кумито. Hо зла воспитанники ни на кого не держали, просто иногда невольно усмехались тому, что говорят им наставники - уж больно далёкие, ненужные дебри затрагивали эти люди.

А вот испытание тишиной было достаточно стандартным. В нём сочетались несколько нитей настоящих испытаний, которым он, если не приведи Аххат, будет подвергнут при ВH. ВH - этих букв более всего боялись в провинции Серые Грязи. Всеобщий набор. Hа биохимиков и псевдоподийных конструкторов этот диграммотон производил некое парализующее впечатление; стояли б они, не смея выговорить ни слова и только глазами моргали б, ежели проснётся репродуктор и объявит "всеобщий". Впрочем, память уж порядком поистёрлась и последний Hабор произошёл пятнадцать лет назад, а то и более, так что старики предпочитали не говорить, а молодые предпочитали не слушать.