— Итак, — сказал он деловым тоном. — Сколько вы хотите? Я даю вам — ну, скажем, пять кусков — и вы оставляете Руперта в покое. Как?

Белла невольно рассмеялась.

— Я никогда не представляла себе людей, которые говорят такие вещи! Нет, не пойдет.

— Потому что вы обожаете Руперта и жить без него не можете? — едко спросил он.

— Я ничего не говорила о любви. Это вы здесь про нее все время звените. Но раз уж хотите все начистоту — я не намерена порывать с ним.

— Десять кусков.

Наступила пауза. Белла посмотрела в окно.

Ого, подумала она, с десятью тысячами можно кое-что сделать. Интересно, налогом эта сумма облагается? Вслух она сказала:

— Мне не нужны ваши вонючие деньги. Придумайте что-нибудь другое.

Ласло убрал чековую книжку и встал. Она отступила.

— Что ж, если это на вас не производит впечатление, мне придется испробовать другие способы.

— Вы не сможете помешать мне выйти замуж за Руперта.

— Я? Не смогу? — тихо сказал он. — Вы, очевидно, не знакомы с нашим семейным девизом: «Оцарапай Энрикеса — и у тебя потечет кровь».

На его смуглой коже проступил белый шрам. У Беллы по спине пробежала дрожь.

Он дьявол, подумала она.

— У моей семьи большое влияние, — продолжал он. — Если будете упрямиться, мы сможем сделать вашу жизнь нелегкой.

— Вы мне угрожаете?

— Да. И предупреждаю, в борьбе я не брезгую никакими методами. Вы уверены, что не хотите получить чек?

Белла потеряла терпение.

— Вон отсюда! Вон! — закричала она и, схватив синюю стеклянную вазу, швырнула в него. Но промахнулась и попала в стену. Он засмеялся и ушел.

После этого она еще долго не могла успокоиться.

Да брось ты это, убеждала она себя. К чему ломать себе голову? Проклятый, жуткий бахвал. Он просто блефует. На самом деле он ничего не сделает. И все же… и все же… со всеми их деньгами и властью…